Жил на свете такой царь, Петром звали, а по прозвищу Великий.
В одно время поехал он на охоту зверье ловить. А Пётр, надо сказать, в царскую одежду не любил рядиться, все больше простую носил.
Вот едет он лесом все далее и далее и заплутался. Пристигла его в лесу темная ночь.
В старые годы появился невдалеке от Киева страшный змей. Много народа из Киева змей потаскал в свою берлогу, потаскал и поел. Утащил змей и царскую дочь, но не съел ее, а крепко-накрепко запер в своей берлоге. Увязалась за царевной из дому маленькая собачонка. Как улетит змей на промысел, царевна напишет записочку к отцу, к матери, привяжет записочку собачонке на шею и пошлет ее домой. Собачонка записочку отнесет и ответ принесет.
Красным летом всего в лесу много – и грибов всяких, и всяких ягод: земляники с черникой, и малины с ежевикой, и черной смородины. Ходят девки по лесу, ягоды собирают, песенки распевают, а гриб-боровик, под дубочком сидючи, и пыжится, дуется, из земли прет, на ягоды гневается: «Вишь, что их уродилось! Бывало, и мы в чести, в почете, а ныне никто на нас и не посмотрит! Постой же, – думает боровик, всем грибам голова, – нас, грибов, сила великая: пригнетем, задушим ее, сладкую ягоду!»
Жили себе дед да баба, у них было три сына: два разумных, а третий дурень. Первых баба любила, чисто одевала; а последний завсегда был одет худо — в старой сорочке ходил. Прослышали они, что пришла от царя бумага: «кто состроит такой корабль, чтобы мог летать, за того выдаст замуж царевну». Читать далее
Жил-был старик да старуха, детей у них не было. Раз пошел старик в лес за грибами, попадается ему дорогою старый дед.
— Я знаю, — говорит, — что у тебя на мыслях, ты всё о детях думаешь. Поди-ка по деревне, собери с каждого двора по яичку и посади на те яйца клушку. Что будет, сам увидишь!
Эта сказка не про быка печеного, да гуся копченого, а про братьев Агафонов, про батюшку Тараса да матушку Маланью. В этой сказке много диковинного да чудного.
В русской народной сказке нередко яства да кушанья – на одном из первых мест. Уход от гнетущей нищеты, от тяготящей скудости к богатству, к сытости – мечта бедняка. Поэтому, хоть в сказке, в этом волшебном царстве, можно вдоволь наговориться о реках из молока, берегах из киселя, пирогах, оладьях, да блинах…
Горшеня едет-дремлет с горшками. Догнал его государь Иван Васильевич:
– Мир по дороге!
Горшеня оглянулся:
– Благодарим, просим со смиреньем.
Сказка быстро сказывается, да долго не забывается. Сказка нас уму разуму учит, да про разные житейские ситуации ведает. Мы сказку читаем, да на ус мотаем, вдруг в жизни подобное что-то случится, а мы уже слыхали про такое, знаем, впросак не попадём. Сказка ненавязчиво, с шуткой-прибауткой поучает нас, раскрывает нам глаза на некоторые вещи. А вот вам ещё одна сказочка, она называется «Не любо – не слушай». А люди ещё добавляют: «А врать (лгать) – не мешай».
Мастера народные, да умельцы опыт свой веками накапливали и передавали из поколения в поколение. Да при этом посторонним людям секреты своего умения не больно то и показывали. Вот и в сказке «Плотник и клин» любопытный барин, по незнанию ругающий плотника за плохую работу, так и не увидел, как дело до ума доводится, как плотник клином работает, щели в бревнах мхом забивает. И пословицу мы подходящую к сказке подобрали: «Если бы не клин да мох, плотник бы издох!»